Каталог выставки ГЛМ «Всеволод Гаршин». 2005
(к 150-летию со дня рождения)

V. СРЕДИ ХУДОЖНИКОВ. РЕПИН И ГАРШИН


<< Часть IV || Часть VI >>

«За всю мою жизнь я не встречал человека, не исключая и господ художников, <…> кто бы так интересовался искусством, так пылко любил и так глубоко понимал его, как Гаршин <…>

Его личные художественно-литературные труды, такие изящные и по идее и по форме, сами говорят ясно, что именно любил и ценил Гаршин в искусстве. Красота в высшем смысле слова, красота во всём, и внутренняя, и внешняя, по мнению В.Гаршина, являлась непременным условием для того, чтобы произведение могло быть признано художественным.

Несмотря на то, что Всеволод Михайлович был знаком со всеми художниками и вхож в различные художественные кружки, он не принадлежал ни к какой партии в искусстве, и хотя тяготения его, как и всех интеллигентных людей того времени, были на стороне «передвижников», являвшихся тогда самым живым и свободным элементом в искусстве, но его сердцу были дороги и художники, не входившие в состав «товарищества передвижных выставок».

М.Е.Малышев. Всеволод Гаршин в вопросах искусства

 

Гаршин
Фототипия С.Кульженко. Киев. 1902. С фотографии К.Шапиро. 1885-1886
Под изображением: «Всеволод Михайлович Гаршин. (1855-1888). Дозволено цензурою. Киев. 18 марта 1902 г. Фототипия С.В.Кульженко. Киев»; ниже чёрными чернилами: «№ 621»; чернильный штамп владельца: «В.И.Анучин»
21,5х16,3 овал; 35,7х25,7
КУ 12665/2596
 



Петербург. Нева с видом на Академию художеств
Неизвестный художник. I половина XIX
Бумага, гуашь
35,0х49,0
КП 11615/2

 

«Всех моих знакомых художников погнали из Академии: Зиновьева, Поплавского, Яблочкина, Мишу <Малышева> и Крачковского, который в прошлом году взял на конкурсе первую премию и в этом наверно тоже возьмет!»

Из письма к матери. 11 марта 1877. Петербург

 



Гаршин среди друзей-художников
Фотография. Петербург. 1878
Слева направо стоят: А.И.Данилевский, И.Е.Крачковский, И.Ф.Селезнёв; сидят: Н.Г.Богданов, Е.Е.Волков, неизвестная, Е.Н.Евреинова, В.М.Гаршин.
На паспарту внизу чернилами автографы: «Андр. Данилевский, Иосиф Крачковский, И.Селезнев, Н.Богданов, Е.Волков, Е.Н.Евреинова, Всеволод Гаршин»
22,0х26,3; 32,2х45,6
Поступление от П.Е.Порховника, 1963. КП 38942

 

«Кончив гимназию и поступив в Горный институт, В.М. сблизился с кружком молодых художников и стал непременным членом их сборищ. На этих собраниях, «пятницах», читались впервые некоторые из произведений его, обсуждались и комментировались, и так как тесная дружба царила между членами кружка, то и мнения, иногда, правда, нелепые, бывали всегда искренни. Споры об искусстве не умолкали, и В.М. горячо, горячее многих художников, ратовал за искусство как служение высшим идеалам добра и правды, и этому искусству оставался верен всю свою жизнь. Дружбу и симпатию к некоторым членам этого кружка он сохранил до самой своей смерти, и воспоминание о «пятницах» всегда было одним из лучших его юношеских воспоминаний.

С этих «пятниц» началась и укрепилась его близость с художниками, продолжавшаяся всю его недолгую жизнь. Симпатии к Гаршину в мире художников очень велики, чему лучшим доказательством служит та готовность, с которою русские художники откликнулись на призыв поработать для издания, посвящённого его памяти».

М.Е.Малышев. О Всеволоде Гаршине


Гаршин
Фотография К.Шапиро. Петербург. 1885-1886
На кабинетном рекламном бланке фотографа, внизу бледно: «С.Chapiro. S.Petersbourg». На обороте: «Константин Александрович Шапиро. Фотограф Императ. Академии Художеств. Невский проспект, д. Римско-Католической церкви № 32. Ст.Петербург», вверху карандашом надпись Н.М.Гаршиной: «1885-86»
11,2х8,5; 17,1х10,9
Дар Н.М.Гаршиной, 1925. КП 52048/244

 

«Гаршин был прежде всего поразительно изящная личность с головы до ног, во всех её как внешних, так и внутренних проявлениях. При красивом и выразительном лице, он был пропорционально сложен, а его лёгкая поступь, естественная грация всех движений придавали ему какой-то аристократический отпечаток человека, скорее родившегося под классическим небом Италии, чем в Бахмутском уезде. Гаршин, разумеется, не заказывал себе костюмов у первых портных, и дальше соблюдения опрятности его личные заботы об одежде не шли, а между тем всякий костюм выглядел на нём, как будто был сработан первым портным».

Л.Ф.Пантелеев. Памяти В.М.Гаршина


И.Я.Гинцбург, В.В.Верещагин, В.В.Стасов в мастерской Гинцбурга. Гинцбург лепит скульптуру «В.В.Верещагин за работой».
Фотография Я.Насветевича
На фотографии внизу слева тиснение: «Я.Насветевич»; фиолетовыми чернилами рукой неустановленного лица: «И.Гинцбург, Верещагин, Стасов»
16,5х22,4
Поступление от И.Я.Гинцбурга, 1934. КП 50949/131

 

Илья Яковлевич Гинцбург (1859-1939) – скульптор, автор памятников, жанровых и портретных статуэток.

 

Владимир Васильевич Стасов (1824-1906) – историк искусства, музыкальный и художественный критик, пропагандист «передвижничества».

 

«<…> особенно пленяло всех то добродушие, которое оттеняло его <Гаршина> отрицательные суждения. Гаршин, например, далеко не разделял всех взглядов В.В.Стасова, но относился к нему с сыновней любовью, что и скрашивало его нередкие указания на забавные промахи В.<ладимира> В.<асильевича>» (Л.Ф.Пантелеев. Памяти В.М.Гаршина).

 



В.В.Верещагин
Фотография Cognet. Париж. 1878-1879
На фирменном бланке фотографа, внизу слева: «Cognet»; справа: «Paris». На обороте: «Cognet. 28. Rue du Fauburg St.Honoré. Paris. Les Clichés sont conservés»
8,2х5,0; 10,5х6,4
Б 42175/2

 

Василий Васильевич Верещагин (1842-1904) – живописец-баталист, близкий по направлению к «передвижникам; автор «туркестанских» этюдов и написанных по ним военных картин, под впечатлением которых Гаршин сочинил стихотворение «Толпа мужчин, детей и дам нарядных».

 

«Когда открылась первая Туркестанская выставка картин В.В.Верещагина, Гаршин [один из первых] был всецело захвачен ею и ходил сам не свой. «Вот это художник, это художник!..» - говорил он в волнении и со страстью и жаром защищал Верещагина от сыпавшихся на него со всех сторон обвинений в нехудожественности, взятых им на себя задач и неправильности его взглядов на художество.

Под влиянием охватившего его чувства он, который очень редко прибегал к поэтической форме – стиху, написал большое стихотворение, посвящённое этой выставке <…>

Эти стихи <…> являвшиеся пророческими, ходили по рукам в списках и производили сильное впечатление».

М.Е.Малышев. Всеволод Гаршин в вопросах искусства



И.Н.Крамской
Фотография С.Левицкого. Петербург. Конец 1880-х.
На кабинетном рекламном бланке фотоателье, внизу: «Левицкий и Сын. Невск. Просп. № 28 Ст.Петербург»
13,4х8,6; 16,5х10,8
Б 6949

 

Иван Николаевич Крамской (1837-1887) – идеолог и вождь «Артели свободных художников», порвавших в 1863 с Академией художеств, а с 1870 объединённых в «Товарищество передвижных выставок» (А.К.Беггров, Н.Н.Ге, А.И.Куинджи, В.Е.Маковский, Г.Г.Мясоедов, В.Г.Перов, В.Д.Поленов, И.Е.Репин, К.А.Савицкий, А.К.Саврасов, В.А.Серов, В.И.Суриков, А.А.Харламов, И.И.Шишкин, В.И.Якоби, Н.А.Ярошенко и др.).

 


И.Крамской. Христос в пустыне. 1872
Фотография И.Крамского с собственной картины
На фотографии внизу слева фиолетовыми чернилами рукой неустановленного лица: «№ 11», справа красным карандашом: «№ 10»; на подложке внизу фиолетовыми чернилами: «Картина «Христос в пустыне»
22,0Х26,3; 22,5Х26,2
Поступление от А.И.Крамского, сына художника, 1939. КУ 12702/3832

 

««Милостивый Государь

Иван Николаевич!

<…> мне хотелось бы получить разъяснение от Вас самих, для того чтобы вывести других из заблуждения. Дело идёт о моменте, изображаемом Вашею картиною «Христос в пустыне». Утро ли это 41-го дня, когда Христос уже вполне решился и готов итти на страдание и смерть, или та минута, когда «прииде к нему бес», как выражаются мои оппоненты. Я вполне уверен в правоте первого толкования.

Видеть в фигуре Иисуса страдание и борьбу только потому, что у него измученное лицо – это показывает очень поверхностное знакомство с человеческой душою. <…>

Те черты, которые Вы придали своему созданию, по-моему, вовсе не служат к возбуждению жалости к «страдальцу» (говорю это потому, что один из толкователей нашёл, что лицо Христа ужасно жалко). Нет, меня они сразу поразили как выражение громадной нравственной силы, ненависти ко злу, совершенной решимости бороться с ним. Он поглощён своею наступающей деятельностью, он перебирает в голове всё, что он скажет презренному и несчастному люду, от которого он ушёл в пустыню подумать на свободе <…> А страдание теперь до него не касается: оно так мало, так ничтожно в сравнении с тем, что у него теперь в груди, что и мысль о нём не приходит Иисусу в голову. <…>

Некий субъект прямо бухнул, что ваш Христос – Гамлет!! Уж если приравнивать его к литературным типам, так он скорее Дон-Кихот, конечно, отвлечённый от смешных его сторон и взятый только со стороны его благородной, самоотверженной и решительной натуры. Впрочем, и это сравнение плохо, потому что Ваш Христос – Христос».

Из письма к И.Н.Крамскому. 14 февраля 1878. Петербург

 

«Милостивый государь, к сожалению, мне неизвестный <…>

Под влиянием ряда впечатлений у меня осело очень тяжёлое ощущение от жизни. Я вижу ясно, что есть один момент в жизни каждого человека, мало-мальски созданного по образу и подобию божию, когда на него находит раздумье – пойти ли направо, или налево?.. Мы все знаем, чем обыкновенно кончается подобное колебание. <…> И вот у меня является страшная потребность рассказать другим то, чтó я думаю. Но кáк рассказать? Чем, каким способом я могу быть понят? По свойству натуры, язык иероглифа для меня доступнее всего. И вот я однажды, когда особенно был этим занят, гуляя, работая, лёжа и проч. и проч., вдруг увидал фигуру, сидящую в глубоком раздумье. Я очень осторожно стал всматриваться, ходить около неё, и во всё время моего наблюдения, очень долгого, она не пошевелилась, меня не замечала. Его дума была так серьёзна и глубока, что я заставал его постоянно в одном положении. Он сел так, когда солнце было ещё перед ним, сел усталый, измученный, сначала он проводил глазами солнце, затем не заметил ночи, и на заре уже, когда солнце должно подняться сзади его, он всё продолжал сидеть неподвижно. И нельзя сказать, чтобы он вовсе был нечувствителен к ощущениям: нет, он, под влиянием наступившего утреннего холода, инстинктивно прижал локти ближе к телу, и только впрочем; губы его как бы засохли, слиплись от долгого молчания, и только глаза выдавали внутреннюю работу, хотя ничего не видели, да брови изредка ходили – то подымется одна, то другая. Мне стало ясно, что он занят важным для него вопросом, настолько важным, что к страшной физической усталости он нечувствителен. Он точно постарел на 10 лет, но всё же я догадывался, что это такого рода характер, который, имея силу всё сокрушить, одарённый талантами покорить себе весь мир, решается не сделать того, куда влекут его животные наклонности. И я был уверен, потому что я его видел, что, чтó бы он ни решил, он не может упасть. Кто это был? Я не знаю. По всей вероятности, это была галлюцинация; я в действительности, надо думать, не видал его. Мне показалось, что это всего лучше подходит к тому, чтó мне хотелось рассказать. Тут мне даже ничего не нужно было придумывать, я только старался скопировать. И когда кончил, то дал ему дерзкое название. Но если бы я мог в то время, когда его наблюдал, написать его, Христос ли это? Не знаю. Да и кто скажет, какой он был?».

Из письма И.Н.Крамского к В.М.Гаршину. 16 февраля 1878. Петербург

 

«У нас, как вы знаете, выставка картин, которые пойдут на Парижскую выставку. «Христос в пустыне» Крамского сделал на меня ужасно сильное впечатление, из-за него (из-за толкования его) я поспорил и для решения вопроса послал к Крамскому безымянное письмо, на которое он ответил мне целою статьёю, очень искреннею и задушевною. Это – его письмо – просто исторический (для будущего биографа Крамского) памятник. Мог бы я с ним познакомиться, как мог бы познакомиться со всем генералитетом от либерализма в области искусств, да не хочется. Я не хочу никого искать».

Из письма к матери. 19 февраля 1878. Петербург


В.Поленов. Христос и грешница. 1887
Фототипия. Издание бр. Гранат. 1903
Под изображением слева типографским набором: «Тво «Бр. А. И И.Гранат и Кº»; справа: «Julius Littenfeld, Berlin U.»; посередине: «В.Д.Поленов. Христос и грешница»
17,0х32,0; 30,0х38,3
КУ 14293/9

 

«Христос Поленова очень красив, очень умён и очень спокоен. Его роль ещё не началась. Он ожидает; он знает, что ничего доброго у него не спросят, что предводители столько же, и ещё более, хотят его крови, как и крови преступившей закон Моисеев. Что бы ни спросили у него, он знает, что он сумеет ответить, ибо у него есть в душе живое начало, могущее остановить всякое зло».

В.М.Гаршин. Заметки о художественных выставках

 

«Когда какое-нибудь художественное произведение привлекало на себя внимание Гаршина, от его глаза не ускользали даже совсем третьестепенные детали. Раз на выставке передвижников я сошелся с В.<севолодом> М.<ихайловичем> у картины Поленова «Грешница». Я высказал несколько замечаний по поводу излишней вырисовки храма. «Да, вы, может быть, и правы; но посмотрите на этого ослика, ведь он совсем живой, так и хочется вскочить на него», - чуть не с детским восторгом проговорил В.М.».

Л.Ф.Пантелеев. Памяти В.М.Гаршина

 



Н.А.Ярошенко
Фотография С.Левицкого. Петербург. Конец 1880-х
На кабинетном рекламном бланке фотоателье, на обороте: «Фотографы Их Императорских Величеств Левицкий и Сын. С.Петербург»; вверху черными чернилами: «Художник Николай Александрович Ярошенко, автор портрета Г.И.Успенского. Его картины: «Всюду жизнь», «На качелях». См. К воспоминаниям о Г.И.Успенском. Гл.IV, стр. 13, 29, 17»
13,5х8,7; 16,4х10,6
Б 56993

 

Николай Александрович Ярошенко (1846-1898) – живописец-передвижник, жанрист и портретист, приятель Гаршина. Автор «Кочегара» (использованного Гаршиным в рассказе «Художники»), «Террористки», «Заключённого», «Студента» «Курсистки» и др.

«Известны близкие отношения Гаршина с художественными кругами, особенно с передвижниками; с некоторыми из них, например, с Н.А.Ярошенко, он был в самых дружеских отношениях: их сближало не только одинаковое понимание задач искусства, но и сродство душевных настроений».

Л.Ф.Пантелеев. Памяти В.М.Гаршина


Константин Аполлонович Савицкий (1844-1905)
Фотография И.Дьяговченко. Москва. Конец 1893 - 1894
На фирменном бланке фотографа, внизу слева: «Дьяговченко преемн: К.Фишер»; справа: «Москва. Кузнецкий Мост № 11». На обороте: «Фотограф Императорских театров К.А.Фишер преемник придворной фотографии И.Дьяговченко. Москва Кузнецкий Мост № 11. Лит. Г.Кон, Варшава»; внизу черными чернилами дарственная надпись художника: «На добрую память не доброму Ис.Ил.Левитану от К.Савицкого»
14,1х9,8; 16,3х10,7
КП 52048/362
 



Владимир Егорович Маковский (1846-1920)
Фотография И.Дьяговченко. Москва. 1878-1879
На кабинетном рекламном бланке фотографа, внизу: «И.Дьяговченко в Москве. На Кузнецком мосту». На обороте: «Его Императорского Высочества Государя Наследника Цесаревича и Московс. Императорских театров фотограф И.Дьяговченко. В Москве Кузнецкий мост, дом Тверского подворья. Лит. К.Эргот»
13,5х8,7; 16,4х10,8
КП 21013/95
 


Архип Иванович Куинджи (1842 ? - 1910)
Фотография А.Пазетти. Петербург. 1906
На фотографии внизу дарственная надпись художника: «Ф.Ф.Бухгольцу А.Куинджи. 1906 г.»; справа тиснение: «A.Pasetti». На фирменном кабинетном бланке фотоателье, внизу: «A.Pasetti. St. Pétersbourg. Nevsky № 24». На обороте: «A.Pasetti photographe de la Impériale de Russie. De sa majesté la reine des Hellenes, de son altesse Imp. Le gr. Duc Paul Alexandrovich, de s.a.j. m-me la grande duchesse Alexandra Iosifovna, de s.a. royal le prince de calles et de la cour de saxe Meiningen. Nevsky № 24. St. Pétersbourg. Telefon 700. Скамони С.П.Б
14,0х10,2; 16,2х10,6
Б 44046

 

«Открылась четвертая передвижная выставка в Академии. Есть прелестные вещи. «Степь» Куинджи – просто чудо что такое. Впрочем, те, кто не видел наших степей, ничего не могут понять в этой картине. Море травы, цветов и света! Другая степь Куинджи – весна или осень – грязь невылазная, дождь, дорога, мокрые волы и не менее мокрые хохлы, мокрый пёс, усердно воющий у дороги о дурной погоде. Все это как-то щемит за сердце».

Из письма к матери. 6 марта 1875. Петербург



Василий Иванович Суриков (1848-1916)
Любительская фотография. Петербург. 1880-е
На обороте штамп: «Редакция журнала «Север» С.-Петербург»
14,1х10,0
Б 7554

 

«Выставка «Товарищества передвижных выставок» в этом году как-то особенно удачна. Трудно представить себе даже, чтобы искусство, едва вышедшее из пеленок, существующее как самостоятельная школа едва каких-нибудь тридцать лет, могло давать подобные выставки из года в год. Два капитальнейшие произведения этой выставки* – плоды не одного года работы гг. Поленова и Сурикова <>

Картина Сурикова <«Боярыня Морозова»>, удивительно ярко представляет эту замечательную женщину. Всякий, кто знает её печальную историю, я уверен в том, навсегда будет покорён художником и не будет в состоянии представить себе Федосью Прокопьевну иначе, как она изображена на его картине. <…> Измождённое долгим постом, «метаниями» и душевными волнениями последних дней лицо, глубоко страстное, отдавшееся одной бесценной мечте, носится перед глазами зрителя, когда он уже давно отошёл от картины».

В.М.Гаршин. Заметки о художественных выставках

 

*Речь идёт о XV передвижной выставке.


Группа художников Товарищества передвижных художественных выставок
Слева направо: стоят - Н.Е.Маковский, А.К.Беггров, С.Н.Аммосов, П.А.Ивачев (распорядитель выставок), А.Д.Литовченко, И.И.Шишкин, Н.В.Неврев, Е.Е.Волков, К.В.Лемох, А.А.Киселёв, Н.А.Ярошенко, И.М.Прянишников, И.Е.Репин; сидят - В.Е.Маковский, К.А.Савицкий, И.Н.Крамской, Г.Г.Мясоедов, П.А.Брюллов, В.И.Суриков, В.Д.Поленов
Фотография М.Панова. Москва, 1886
На обороте надпись М.М.Панова: «М.Панов. Москва. Кузнецкий мост»
12,3х20,5; 13,6х21,7
КП 21013/190

 


«Милостивый государь Всеволод Михайлович!
Члены передвижной выставки соберутся во вторник 24 февр., в гостинице Метрополь (Малая Конюшенная). Извещая Вас о сем, Товарищество просит Вас сообщить ему – не пожелаете ли Вы принять в этом обеде участие и пожаловать в Метрополь в четверть шестого.

Имею честь быть Вашим покорнейшим слугой,
Заведующий выставкой картин Ивачев.
27 февраль 1884 г.

Адрес: Невский проспект, дом Юсупова (бывший Бернадаки) № 68, на передвижную выставку картин Павлу Андреевичу Ивачеву».

Письмо П.А.Ивачева к Гаршину. 27 февраля 1874


Группа художников Товарищества передвижных художественных выставок
Вариант предыдущей фотографии
Внизу рукой неустановленного лица фамилии изображённых лиц; справа факсимиле автографа М.Панова
12,3х20,5; 24,3х38,2
Поступление от А.И.Крамского (через М.М.Саранчина), 1937. КП 50949/1458
 


В.М.Гаршин. Заметки о художественных выставках
Северный вестник, 1887, № 3
Инв. № 02193

Первая публикация

 

«Художник увидел, понял, поставил перед глазами, и видят все, до сих пор слепые. Маленький слепой щенок, тыкающий мордочкой направо и налево и, растопырив слабые лапки, не находящий молока, когда чья-нибудь рука возьмёт за шиворот и сунет его в блюдечко и он, успокоенный, начнёт лакать молоко, должен чувствовать такую же благодарность, какую чувствует наше сердце, сердце человека толпы, открывающего новый мир чужими глазами и трудом. О, жалок был бы круг наших представлений, если бы мы были предоставлены только своим личным пяти чувствам и мозг наш перерабатывал бы только пищу, ими добытую. Часто один мощный художественный образ влагает в нашу душу более, чем добыто многими годами жизни; мы сознаём, что лучшая и драгоценнейшая часть нашего я принадлежит не нам, а тому духовному молоку, к которому приближает нас мощная рука творчества».

 

«Из рассказов покойного художника М.Малышева я знаю, что Гаршина понуждали к этому < писать статьи по художественной критике> сами художники: в их глазах он был таким идеальным зрителем, что они настоятельно желали, чтоб он стал их идеальным критиком».

С.Н.Дурылин. Репин и Гаршин


Каталог шестой выставки картин Товарищества передвижных художественных выставок. СПб., 1878
Инв. № 89177

 

Экспонировались картины Н.Ярошенко «Кочегар» и «Заключённый».


Каталог 12-й передвижной выставки картин Товарищества передвижных художественных выставок. СПб., 1884
Инв. № 89084

 

Экспонировалась картина И.Репина «Не ждали».


Каталог XIII-й передвижной выставки картин Товарищества передвижных художественных выставок. М., 1885
Инв. № 10660

 

Экспонировалась картина И.Репина «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581».


Каталог XV-й передвижной выставки картин Товарищества передвижных художественных выставок. М., 1887
Инв. № 10720

 

Экспонировались картины В.Поленова «Христос и грешница», И.Репина «Портрет В.М.Гаршина», В.Сурикова «Боярыня Морозова».


Указатель выставки в Императорской Академии Художеств. СПб., 1887
Инв. № 88991
 


Петербург. Академия художеств
Литография А.Мюнстера
«Русский художественный листок» В.Тимма, № 11. Середина XIX
 


Петербург. Нева у Академия художеств
Фототипия по фотографии А.Павловича. 1900 е
На бланке открытого письма
9,1х14,2
Б 19962/21

 

«Нужно одеваться и идти в Академию к гг. профессорам: Якоби, Орловскому и Венигу и на квартиру к г. академику Мясоедову. Надоело мне ходить к ним, по правде сказать, да взялся за гуж».

Из письма к матери. 17 января 1880


Петербург. Императорская Академия художеств. Верхняя площадка лестницы
Фототипия по фотографии А.Павловича. 1900 е
На бланке открытого письма
14,0х9,1
Б 19962/22
 


Академия художеств. Галерея графа Кушелева-Безбородко
К.Бодри. Середина XIX
Холст, масло
52,5х42,5
КП 5271
 


Петербург. Эрмитаж
Фототипия по фотографии. Издание «Ришар». 1900 е
На бланке открытого письма. Вверху слева: «С.Петербург. - St.-Pétersbourg. Эрмитаж - Ermitage»
8,8х13,9
КУ 6824/8
 



Петербург. Эрмитаж. Галерея исторической живописи
Фототипия по фотографии. Издание товарищества Р.Голике и А.Вильборг. 1900 е
На бланке открытого письма. Справа вверху: «Эрмитаж. Галерея исторической живописи»; ниже тот же текст по-французски
9,3х14,4
КУ 6824/4
 


Петербург. Исаакиевский собор
И.Шарлемань. 1859
Бристольский картон, карандаш, акварель, белила
14,5х9,1; 32,8х27,5 паспарту
КП 5547
 


Петербург. Исаакиевский собор
И.Шарлемань. 1860
Сетчатая бумага, карандаш, акварель, гуашь, проскребание
10,3х10,1; 21,0х21,0 паспарту
КП 7479
 


Петербург. Памятник Петру I
И.Шарлемань. Около 1860
Сетчатая бумага, карандаш, проскребание
21,5х10,5
КП 49925
 


Петербург. Зимняя канавка
[И.Шарлемань]. [ Ок. 1860]
Бристольский картон, карандаш, акварель, белила
17,2х10,1; 29.5х22,5 паспарту
КП 5549
 


Ф.Васильев. Петербург. На Мойке. 1870-е
Холст, масло
15,0х17,3
КП 39791
 


И.Шишкин. Петербург. Большая Невка
Этюд
Дерево, масло
12,5х26,0
КП 35161
 


В.М.Гаршин. Художники
Отечественные записки, 1879, № 9
Инв. № 040455

Первая публикация

 

Рассказ написан под впечатлением картины Ярошенко «Кочегар», выставленной на шестой передвижной выставке в 1878.

 

«Его сила, как это ни странно, вовсе не в «воплях», а в чётком, спокойном рисунке, в изображении «внешнего», «наружного» мира. Ничего идущего от души к душе, никакой душевности и задушевности! Гаршин весь «наверху», на поверхности, среди «предметов предметного мира», и ему доступно лишь то, что можно увидеть, назвать, осязать.

Удивляюсь, как это ещё никто не заметил, что он главнейше и единственно поэт видения, зрительных образов, и что здесь начинается и кончается его царство. <…>

Нет, недаром Гаршин так близок был с живописцами, с Репиным, Ярошенко, и так любил писать о картинах и о художниках, о Сурикове, Поленове, Семирадском, - о Рябинине и Кудряшове. Он чувствовал здесь родное. Он уверенный и точный рисовальщик – почти гравёр».

К.И.Чуковский. О Всеволоде Гаршине


Н.Ярошенко. Кочегар. 1878
Фототипия
В сб.: Памяти Гаршина. Художественно-литературный сборник. СПб . 1889
 



В.М.Гаршин. Художники
Иллюстрация И.Репина. 1888
Фототипия
На изображении внизу: «И.Репин. 1888». Внизу листа: «20». Лист из сб.: Памяти Гаршина. Художественно-литературный сборник. СПб . 1889
12,9х18,2; 18,9х24,6
КУ 11778/3

 

Репин придал облику персонажей – одному собственные черты, другому черты Гаршина.


Илья Ефимович Репин (1844-1930)
Фотография Шиндлера и Мея. Москва. 1884-1888
На фирменном бланке фотоателье, внизу: «Шерер, Набгольц и Ко в Москве». На обороте: «Фотографы его Императорского Величества. Под фирмою Шерер, Набгольц и Ко. Шиндлер и Мей. Газетный переулок близ Кузнецкого моста д. Засецкой в Москве»
19,7х13,3; 21,8х13,9
КП 50949/2188

 

«Очень я сошёлся с Репиным. Как человек он мне нравится не меньше, чем как художник. Такое милое, простое, доброе и умное создание божие этот Илья Ефимыч, и к этому ещё, насколько я мог оценить, сильный характер, при видимой мягкости и даже нежности. Не говорю о том, как привлекателен уже самый талант его. Я, кажется, писал тебе, что он начал мой портрет. Скоро он будет кончен…»

Из письма к В.М.Латкину. 10 августа 1884. Петербург


Гаршин
Фототипия с этюда И.Репина 1883
На изображении внизу слева подпись художника (с оригинала): «Репин». Под изображением: «23. И.Е.Репин. I.Lapina et C. Imp. Edit. Paris. В.М.Гаршин. V.M.Garchine».
Лист из альбома «Сто портретов деятелей русского искусства». Издание И.С.Лапина и Ко. Париж. Текст – барон Врангель
30,0х18,0; 41,5х31,5
КУ 12665/582

 

С этого этюда Репин писал царевича Ивана в картине «Иван Грозный и сын его Иван. 16 ноября 1581 г.» (ГТГ).

 

«Писал я вам или нет, что я был на обеде у передвижников? Репин написал с меня портрет – этюд для своей новой картины, а за настоящий портрет примется, когда у меня будет несколько свободных дней подряд, т.е. на Пасхе или летом».

Из письма к матери. 15 марта. 1884. Петербург

 

«В лице Гаршина меня поразила обречённость: у него было лицо обречённого погибнуть. Это было то, что мне нужно было для моего царевича».

С.Н.Дурылин. Репин и Гаршин

 

«С первого же знакомства моего с В.М.Гаршиным <…> я затлелся особенною нежностью к нему. Мне хотелось его и усадить поудобнее, чтобы он не зашибся и чтобы его как-нибудь не задели. Гаршин был симпатичен и красив, как милая, добрая девица-красавица.

Почти с первого же взгляда на Гаршина мне захотелось писать с него портрет <…>

Когда Гаршин входил ко мне, я чувствовал это всегда ещё до его звонка. А входил он бесшумно и всегда вносил с собою тихий восторг, словно бесплотный ангел.

Гаршинские глаза, особенной красоты, полные серьёзной стыдливости, часто заволакивались таинственною слезою».

И.Е.Репин. В.М.Гаршин. Из кн. «Далёкое близкое».


И.Репин. Смерть царевича Иоанна. 1885
Фототипия. Издание бр. Гранат. 1903
На изображении слева монограмма: «АС»; справа, с оригинала: «И.Репин». Под изображением слева типографским набором: «Тво «Бр. А. и И.Гранат и Ко»; справа: «Julius Littenfeld, Berlin U.»; посередине: «И.Е.Репин. Смерть царевича Иоанна»
20,2х27,0; 29,9х40,3
КУ 14293/7

 

«В каком бы восторге был ты теперь, увидев «Ивана Грозного» Репина. Да, такой картины у нас ещё не было, ни у Репина, ни у кого другого – и я желал бы осмотреть все европейские галереи для того только, чтобы сказать то же и про Европу… Представь себе Грозного, с которого соскочил царь, соскочил Грозный, тиран, владыка, - ничего этого нет; перед тобой только выбитый из седла зверь, который под влиянием страшного удара на минуту стал человеком. Я рад, что живу, когда живёт Илья Ефимович Репин. У меня нет похвалы для этой картины, которая была бы её достойна».

Из письма к В.М.Латкину. 20 февраля 1885. Петербург

 

«На передвижной выставке была впервые выставлена картина Репина «Иоанн Грозный». Мы отправились вместе с Гаршиным на эту выставку, помещавшуюся на Невском проспекте, дом № 88. Целая анфилада маленьких комнат заканчивалась большим залом, в котором и находилась самая картина.

По собравшейся там толпе мы догадались, что там и есть картина Репина, и направились туда. Пока картина была видна через головы толпы, она не производила такого сильного впечатления, но по мере того, как толпа расходилась и мы приближались к картине, нижняя часть её становилась всё более и более видна. Когда, наконец, мы увидали лужу крови, Гаршин, как бы испугавшись, весь затрясся и, схватив меня под руку, дрожащим от волнения голосом проговорил:

– Зачем, зачем столько крови?..

Я его тотчас увёл в другие комнаты. По его словам, он не спал всю последующую ночь. Но, видимо, что-то особое влекло его к этой крови, и он почти каждый день, идя на службу, заходил на несколько минут на выставку».

Н.А.Демчинский. В.М.Гаршин перед картиной И.Е.Репина

 

Николай Александрович Демчинский (1851-1915) – родственник Н.Минского, публицист и драматург, в пору сближения с Гаршиным (1884) – инженер путей сообщения, по определению писателя, «серьёзный, очень образованный человек».



Гаршин
Гелиогравюра 1905 с портрета И.Репина 1884
Лист из альбома «Портреты русских писателей в гелиогравюрах по оригиналам известных русских художников. Редакция В.В.Каллаша. Москва. Вып. 1 25. Издание И.Кнебеля с текстом Ю.И.Айхенвальда»
31, 8х24,5
КП 12727/6

 

Оригинал хранится в Метрополитен музее, Нью-Йорк

 

«Вот уже несколько дней, как я хожу к Репину и позирую ему. Портрет выходит, кажется, очень хороший, из лучших репинских портретов. Когда он будет кончен, сниму с него карточки».

Из письма к матери. 30 июля 1884. Петербург

 

«Весною на передвижной выставке Репин выставил портрет Гаршина, приобретённый недавно киевским сахарозаводчиком и владельцем галереи картин русской школы Терещенко. В газетах тогда же появились отзывы об этом портрете, в которых рецензенты говорили, что Репин написал Гаршина сумасшедшим и не сумел уловить доброе выражение глаз Гаршина, составляющее характерное отличие его лица. А портрет был написан четыре года тому назад, в эпоху «Красного цветка», и у Гаршина были именно такие глаза, как на картине Репина, что подтверждают и фотографические портреты того времени».

В.И.Бибиков. Всеволод Гаршин


Гаршин
Неизвестный художник. С оригинала И.Репина 1884
Картон, карандаш
7,4х6,7
КП 44695
 


Гаршин
С оригинала И.Репина 1884
Цветная фототипия на почтовой карточке
13,5х9,1
КП 11455/1

 

«Много говорят и говорили о красоте Гаршина, сильно возмущались его портретом, написанным знаменитым Репиным: правда портрета казалась преувеличенной. Тонко поясняли, что особенную красоту лица Гаршина составляют одухотворённость его, неизъяснимая грусть, тихая печаль, изливающаяся из его лучистых очей. Многие даже соглашались, что ничего не видели «прекрасней глаз его и светлого чела»* <…>

Гаршин был среднего роста, плечист, слегка сутуловат и грудь имел почти впалую. Голова у него была большая, темноволосая, с широким затылком, крепкой шеей, с острым книзу лицом, окаймлённым редкой бородой, – татарская голова. И действительно, кажется, в семье Гаршиных есть татарская кровь. Цвет лица был бледно-смуглый, румянец красноватый, а не розовый. Глаза у Гаршина были продолговатые, тёмные, правильно очерченные, восточного типа; густые брови красиво оттеняли их. Тонкий, длинный, почти прямой красивый нос, небольшой подбородок, полные, хорошего рисунка губы дополняли его наружность».

А.И.Леман. Статья о Гаршине

 

*Переиначенная строка из стихотворения Н.Минского «Над могилой В.Гаршина» («Лучистых глаз твоих и бледного чела»).

 

Анатолий Иванович Леман (1859-1913) – писатель и публицист 80-90-х. По свидетельству И.Ясинского, не пользовался особым расположением Гаршина из-за своей «самовлюблённости», «самоуверенности», «авторитарности».


Письмо И.Е.Репина к С.Н.Дурылину с воспоминаниями о Гаршине. 26 декабря 1906. Куоккала
Автограф
Поступление от А.А.Дурылиной-Виноградовой, 1974. Ф. 246, 1, 33

 

В значительной своей части опубликовано С.Н.Дурылиным в кн. «Репин и Гаршин»; частично использовано художником в его книге «Далёкое близкое».

 

«Со Всеволодом Михайловичем Гаршиным я познакомился только в 1882-83 г. и всё, что относится до этого времени, я знал только понаслышке.

Переехав из Москвы на жительство в Петербург в 1882 г., я познакомился с кружком молодых тогда писателей: Гаршиным, Мережковским, Фофановым, Минским, Ясинским, Бибиковым, Льдовым, это позже, с Альбовым, Баранцевичем, Л.Оболенским (эти трое были старше) и др. К Гаршину и Фофанову в этом кружке относились нежно.

В Гаршине было что-то очень трогательное и симпатичное и более всего привлекшее меня в этой плеяде молодых поэтов. Здесь он бывал часто до женитьбы своей, собрания эти бывали и в моей квартире.

В прошлом году я испытал повторение такого знакомства, познакомившись с Леонид. Никол. Андреевым; и до такой степени, что в первые дни знакомства я часто Андреева называл невольно Всеволодом Михайловичем. И типом лица – южанина, и мягким деликатным характером, Гаршин очень был схож с Андреевым. Андреев только плотнее и здоровее на вид. Гаршин был бледнее и очень тонок. <…>

С художниками-живописцами он настолько дружил, что даже жил с ними в общей квартире до своего солдатства, это он сам говорил. Женившись, Вс. Мих. летом жил в Таможне, у родственников своей жены; а я жил у Калинкина моста. Тем летом я оставался в Петербурге и затеял писать портрет Гаршина. Вс. Мих. очень охотно позировал мне и подолгу. Когда я писал кое-какие околичности и фон, Вс. Мих. читал. Он читал очень чётко и с такою быстротою, что я едва схватывал нить прочитанного. После сеанса, в сумерках – летние сумерки Петербурга наступают очень поздно и тянутся до рассвета почти – я шёл провожать Всеволода Михайловича. В непрекращающемся разговоре мы незаметно доходили до красных зданий таможни. Проговорив порядочно у калитки, Вс.Мих. шёл провожать меня и мы опять незаметно приближались к Калинкину мосту. Я, в свою очередь, ещё раз провожал Гаршина и так иногда очень долго длились наши взаимные проводы.

<…> В характере Гаршина главной чертою было – не от мира сего - нечто ангельское. Добрейшая деликатнейшая натура; всё переносила на себе в пользу мирных добрых отношений. Все молодые друзья любили его как ангела. <…>

Прошу Вас, если это пригодится для вашей книги, напечатать с посвящением сверху: Посвящается Владимиру Григорьевичу Черткову.

И.Репин. Куоккала. 26 дек. 1906».


С.Н.Дурылин. Репин и Гаршин. М., 1926
Инв. № 22472

 

«Передвижничество» - это не только художники передвижных выставок, но и публика этих выставок, и многие картины и даже целые художники оказываются «передвижническими» не в действительности, но в том впечатлении от них, которое получила в своё время публика передвижных выставок и передала нам в преемстве подходов и оценок.

<…> Гаршин был ещё замечательный писатель-художник, и ему было суждено своею личностью и творчеством оказывать крупное влияние на таких художников, как Репин и Ярошенко. С другой стороны, он сам, как писатель, в своём творчестве испытал несомненно «литературное» влияние от живописи своей эпохи: Верещагин и те же Репин и Ярошенко явились художниками, влияние которых на Гаршина и его творчество было значительно и «литературно».


<< Часть IV || Часть VI >>



 

 
sideBar
 

Государственный
Литературный
Музей
на


Подпишитесь на рассылку самых свежих новостей музея!